48

Иван Каштанов: С Кириллом Капризовым прикольно познакомились

Первая часть интервью с Иваном Каштановым. 

Нападающий «Красной Армии» Иван Каштанов, накануне своего двадцатилетия пообщавшийся с пресс-службой ХК ЦСКА, оказался на редкость словоохотливым собеседником. Мы публикуем интервью с Иваном в двух частях. В первой он расскажет о родном Барнауле, своих первых шагах в хоккее, знакомстве с Кириллом Капризовым и о том, кому посвящён его жест после заброшенных шайб.

 
- Расскажи для начала как ты пришёл в хоккей?
- Меня в 4 года поставили на коньки у нас в Барнауле на коробке, на «Рубине». Первым тренером был Владимир Николаевич Коблов. В пять меня отдали в «Мотор». Там я играл с пацанами 1994 года, мой год (прим. – 1997) тогда ещё не набирали.
 
 
- До тебя в семье кто-то играл в хоккей?
- У меня папа сам когда-то занимался в «Моторе», начиная с юниоров. Потом «молодёжка», травма бедра и армия. После армии в 1991 году прошёл в «Моторе» предсезонку, был заявлен за первую команду, но перед началом турнира уволился, так как платили мало, а нужно было семью кормить.
 
- Барнаул вообще хоккейный город?
- Я бы не сказал. Люди там любят хоккей, ходят и на МХЛ, и на «Вышку» - почти полные трибуны на каждом матче. Но условий для того, чтобы заниматься, мало. Хотя недавно вторая арена появилась – «Динамо». Но даже двух арен на город не хватает, к сожалению.
 
- Потом ты попал в «Сибирь»…
- Да, в шесть лет меня родители увезли в Новосибирск к (тренеру) Валерию Дмитриевичу Студенкову. Уехали мы с бабушкой, и там с шести лет я пошел в школу.
 
- Как учился?
- Хорошо. Вообще я школу закончил в 15 лет. В первый класс пошёл в шесть лет в обычной школе. Потом я учился в спортклассе, у нас занятия под тренировки подстраивались. В «Сибири» тогда тоже не было ещё набора 1997 года рождения, поэтому второй и третий класс я сдавал экстерном за один год, чтобы догнать ребят 1995 года, с которыми тренировался. Специально учился на дому, а потом уже учился вместе с ними.
 
- То есть ты с детства играл и учился со старшими?
- В «Сибири» я многие турниры играл и за 97-й, и за 96-й, и за 95-й годы. Кстати, с Кириллом Капризовым мы очень часто по своему году бомбардирство делили. Он в «Кузне» тогда уже сильно выделялся. Мы с ним даже прикольно познакомились. У нас в Новосибирске проходил какой-то турнир, а у Кирилла чуть ли не через день после его окончания был день рождения. Я-то с ним к тому моменту ещё не был знаком, но родители наши как-то познакомились. Привели меня к нему на день рождения, а там пацанов много, я никого не знаю. Встал и говорю: «Кто из вас Капризов Кирилл?» Подходит парень, говорит: «Я». Тут я ему вручил подарок, так и познакомились.
 
- Что было после Новосибирска?
- Отыграл я в Новосибирске до 12 лет. Потом поехал на Кубок Третьяка с 96-м годом, и там меня позвали на просмотр в ЦСКА. Тут попал к Вячеславу Павловичу Курочкину. И мы опять с бабушкой переехали, на этот раз в Москву. Квартиру тут снимали четыре года.
 
 
- А в «Красную Армию» ты когда попал?
- До шестнадцати лет я играл за школу ЦСКА, потом с 96-м годом в их последний сезон мы выиграли финал первенства России. Банда тогда приличная была у нас – Кузьменко, Светлаков, Огиенко, Макс Третьяк… И после этого я попал в «Красную Армию», в МХЛ. Альберт Викторович Лещёв и Михаил Александрович Васильев в меня поверили и взяли в команду. Из молодых тогда играли только я, Подлубошнов, Карнаухов и Крашенинников.
 
- Вы же в том сезоне (прим. - 2013/14) до финала Кубка Харламова дошли…
- Перед началом финальной серии мы тогда остались без основного вратаря. Играли в мяч на разминке, (Владимир) Крамарь неудачно подкат сделал и ногу сломал. А он нас до этого финала реально тащил, играл просто отлично. Макс Третьяк тогда был в сборной России. Получается, вратаря нет, у нас остался один (Денис) Шупинский. И из детской школы спустили Саню Самойлова, которой до этого только по школе и играл. В первой же игре финала со «Спартаком» как-то неудачно получилось, проиграли 1:4, Шупинскому какие-то «левые» голы забили. На вторую игру поставили Самойлова, а у него в первом же матче «сухарь» и какой - 7:0! В следующей Саша Самойлов снова тащит команду, и мы 3:1 выигрываем. Казалось, что вот уже первое место рядом, но как-то мы его упустили, к сожалению.
 
- И ты уехал в Канаду?
- Мне позвонил (прим. - известный агент) Пол Теофанос и предложил попробовать себя там. Я подумал: «А почему бы и нет? Съездить в Канаду, поиграть, себя показать». В начале сезона я был 64-й в скаутском рейтинге, хотел повыше на драфте НХЛ встать. В «Садбери» забивал в первых играх, а потом у нас вообще не пошло. Из 68 игр в сезоне всего семь побед! Я после этого сразу уехал.
 
 
- С кем-то поддерживаешь отношения из той команды?
- С чехом Пашей Дженисом. Здоровый конь (191 см), с ним было приятно. Вместе жили в одной семье целый год. До сих пор с ними держим связь. Он сейчас в системе «Миннесоты», уже выставочные матчи в НХЛ играл.
 
- Расскажи, каково это – жить в семье в Канаде?
- Вообще легко. Язык я знал плохо, но это настолько всё быстро сглаживается. Они хорошо ко мне относились, вообще никаких проблем. Подсказывали мне какие-то слова, у меня наши слова спрашивали, шутили. С Дженисом мы говорили на смеси русского, чешского и английского. В команде тоже хорошо приняли. Это всё стереотип, что к русским там плохо относятся. Месяц-два – и ты уже там свой.
 
- Но ты вернулся в Россию.
- Да. Команда плохо играла. Я сам не очень хорошо играл. Считаю, мог играть лучше. Варианты остаться там у меня были во всех трёх лигах CHL, но у нас появилась команда в ВХЛ (прим. - «Звезда»), мы с отцом сели-подумали, и приехал я сюда. Мне кажется, здесь больше возможности прибавить, чем там. Чтобы попасть в НХЛ из лиги Онтарио, WHL или Квебека, надо быть Коннором Макдэвидом, в каждой игре по 3 очка набирать. Или у Макса Доми, например, в том сезоне, когда я играл в OHL, в среднем 2,5 очка за игру было. Но он и старше на два года. То есть, если ты туда едешь, ты за сезон должен стать лидером, иначе смысла ехать нет.
 
- В целом ты позитивно смотришь на этот свой опыт?
- Конечно. Язык подучил, с другим образом жизни познакомился. Они там совсем по-другому живут, у них нет таких комплексов, как у нас, которые многим ребятам жизнь портят.
Сейчас я считаю, что у меня больше здесь перспектив заиграть. Мне как-никак уже 20 лет исполняется. Перед глазами Кирилл Капризов, мой ровесник, который три гола забивает за сборную России. И я считаю, что есть немало игроков нашего возраста или чуть старше, которые играют не хуже, просто им чего-то не хватает.
 
- Чего, по-твоему?
- Где-то реализации, где-то спокойствия, уверенности в себе. Это всё очень важно. Когда есть уверенность, ты играешь. Тебя ничего не гнетёт, на тебя ничто не давит. Играешь в свою игру и получаешь от этого удовольствие как тот же Кирилл Капризов, за что его очень уважаю. Молодец, парень. Или Егор Рыков – в питерском СКА играть в обороне в первых звеньях в нашем-то возрасте, в 20 лет! Это серьёзный уровень. Наш Артём Чмыхов тоже. Правильно показал себя на предсезонных играх, когда подрался с (Максимом) Афиногеновым. Показал тренерскому штабу, что он не боится, что авторитетов для него нет. В ЦСКА это ценится.
 
- Тебе самому драться на льду приходилось?
- Даже на тренировках. Но, в принципе, стараюсь этого избегать. Самому драки начинать не очень правильно, потому что можно получить неоправданное удаление, а это минус команде и минус самому себе. В CHL удаляют за стычки на 5 минут, посидел – и снова вышел, а у нас могут и до конца удалить. Я сейчас играю во втором звене, если удалюсь до конца, да кто-то ещё получит травму, команда ослабится. Хотя, если надо за кого-то заступиться, или когда тебя бьют, тогда можно и подраться. Но моя игра не в этом заключается.
 
- Ты упомянул своё звено. Вы практически весь сезон играете с Мишей Мещеряковым и Никитой Попугаевым. Как тебе играется с ними?
- Очень приятно играть. Они техничные, с головой, по позиции хорошо играют. Мне повезло, что меня с ними поставили. Никита – техничный, быстрый, хороший ассистент. Миша – центральный, отлично вбрасывания выигрывает. Мы такой гол, когда играли со СКА-1946, сделали: он выиграл на меня, я делаю шаг и бросаю. Миша очень часто выигрывает вбрасывания, и это огромный плюс для центрального в твоём звене. Он хорошо отрабатывает домой, всё видит, никогда с передачей не жадничает. У нас хорошее звено, и я надеюсь, что нас так и оставят вместе.
 
 
- У тебя есть характерный жест, когда ты забиваешь. Он что означает?
- Когда мне было 14 лет, у меня умерла мама. После этого каждый гол я стараюсь посвящать ей, почтить память. Считаю, это правильно, я ведь обязан своим родителям - что я в хоккей играю, что я вообще есть.
 
- А номер 97 у тебя по году рождения?
- Вообще в Новосибирске я всегда играл под номером 9. И мне он нравился. В сборной России у меня был 19-й. Когда приехал в ЦСКА и меня спросили, какой хочу номер, выбрал 97-й. С тех пор он так со мной и идёт, меня он устраивает, мне он нравится.
 
Окончание следует.

Пресс-служба ХК ЦСКА