34

Никита Филатов: "ЦСКА - одна большая семья"

Интервью с  нападающим ЦСКА Никитой Филатовым.

Никита Филатов – воспитанник СДЮШОР ЦСКА. Прошел армейскую школу с самого начала и до выпуска. Тренировался под руководством Александра Викторовича Бирюкова и Павла Анатольевича Баулина. Довольно рано попал в состав команды мастеров ЦСКА, в семнадцать лет сыграл в ней свой первый матч. Но в России Никита долго не поиграл, в 2008 году он был выбран на драфте НХЛ под шестым номером командой «Коламбус Блю Джекетс», и в том же году уехал за океан. Провел там полтора сезона, а осенью 2009 года вернулся в стены родного ЦСКА, где успешно выступал до конца сезона.

 

 

- Никита, расскажи, пожалуйста, о своих первых шагах в хоккее.
- Очень хорошо помню, как начинал. Мне было шесть лет, когда дедушка отвел меня на каток рядом с домом. По-моему, это было в феврале. Я примерно месяц катался сам на улице, пробовал научиться чему-то. Мне очень понравилось, и дедушка решил привести меня в хоккейную школу ЦСКА. Я попал в группу к Александру Викторовичу Бирюкову. На тот момент многие ребята уже по полгода тренировались, а кто и год. Вот так и начал заниматься потихонечку. Полгода, до лета откатался, а на следующий сезон все уже на ровне со всеми занимался. Потом, помню, что еще лет в восемь-девять я играл в третьем-четвертом звене.  Довольно все тяжело начиналось. Но я старался, и у меня стало получаться все лучше и лучше. Лет с десяти уже больше играл, начал забивать.

 

- Какие у тебя остались воспоминания о твоем тренере - Александре Викторовиче?
- Их очень много. Он ведь вел меня, начиная с шести лет и до самого выпуска. Много времени проводили с ним на тренировках, сборах, в различных поездках. И с каждым годом отношения становились более близкие, не просто тренер и игрок. Александр Викторович для меня родной человек.

 

- Как известно, личность тренера очень сильно влияет на формирование ребенка, не только как хоккеиста, но и как человека.
- Да, и я считаю, что мне очень повезло с тренером. В плане хоккея тут вообще говорить не о чем. Александр Викторович меня всему научил, начиная от катания и владения шайбой до различных хоккейных тонкостей. Он мне очень много дал и что касается жизни. И до сих пор мы с ним часто общаемся, он мне что-то подсказывает. У меня с ним очень хорошие отношения. Вообще, он конечно, строгий тренер, может и накричать. Его не волнует, что ты больше всех забиваешь, и даже вроде как любимчик,  если что-то не выполняешь или "накосячил" где-то, он не станет делать никаких поблажек и отчитает так же, как и любого другого мальчика. Когда тебе лет одиннадцать-двенадцать и на тебя кричат, кто-то может и затрястись, раскиснуть, но я считаю, что наоборот, это даже закаляет характер, воспитывает тебя, ты учишься слушать и спокойно относиться к критике. Каждый тренер сам знает, как ему работать, это только его дело - будет он кричать или по головке гладить. Но я считаю, что без крика тут не обойтись, идет ведь тренировочный процесс, а если ты что-то не понимаешь, то, по-моему, в порядке вещей, что на тебя кричат. Тем более это хоккей, а не балет, и работаешь ты с парнями, а не с девочками.

 

- А ты сам как реагировал, если на тебя кричали?
- Когда совсем маленький был, очень расстраивался, ведь Александр Викторович может накричать так, что мама не горюй! А потом понял, что он просто эмоциональный человек и очень переживает. Старался отсеивать все лишнее и понимать, что он хотел до меня донести. Спокойно все выслушивал и шел делать, то, что требовалось.

 

- Александру Викторовичу помогал работать с вами еще Павел Анатольевич Баулин. Расскажи и о нем, пожалуйста.
- Он с нами начал работать, когда нам было лет по тринадцать-четырнадцать. Он, как и Александр Викторович, для меня очень близкий человек. Мы с ним уже лет шесть знакомы. Он тоже многому меня научил, всегда мог что-то подсказать, да и до сих пор это делает. Мы с Павлом Анатольевичем сейчас тоже часто видимся, разговариваем. Я как-то не играл, и мы вместе сидели, матч смотрели. Довольно часто общаемся.

 

- Мне говорили, что вы на сборы ездили с ребятами 1986 года рождения.
- Да. Потому что у Александра Викторовича один сын - Игорь 90-го года, а другой - Максим - 86-го. И нам часто делали совместные сборы. Поэтому я знаю многих ребят 86-го года, кого-то уже лет по восемь.

 

- Они для вас, наверно, были примерами для подражания?
- Конечно. Особенно, когда тебе лет двенадцать, а им уже по шестнадцать, в таком возрасте уже прилично ребята играют. Поэтому лучшие игроки, такие, как Сережа Широков, Денис Паршин, естественно для нас являлись примерами для подражания, и многие ребята равнялись на них. И часто тренеры их в пример приводили. Я помню, очень часто приходил на матчи второй команды, мне нравилось наблюдать за молодыми игроками. Столько эмоций это вызывало, просто не описать. А когда сам попал в фарм, мне пятнадцать лет тогда было (мы с Димой Кугрышевым раньше всех начали играть за вторую команду) - это было что-то невообразимое. Мы очень старались проявить себя.

 

- Никита, а ты ведь не всегда был крайним нападающим.
- Я с самого начала играл с краю, лет до пятнадцати. Потом меня в центр стали ставить. Сезон или даже полтора был центральным нападающим во второй команде у Андрея Валерьевича Парфенова. Мне понравилось. В центре больше распасовываешь, и, наверное, роль плеймейкера мне все-таки ближе немножко.

 

- Когда тебя первый раз привлекли к играм команды мастеров?
- С шестнадцати лет я начал с мастерами тренироваться. А моя первая игра состоялась на выезде против команды "Витязь", мне тогда семнадцать было. Помню, очень сильно волновался, трясло меня прилично. Ты сидишь на скамейке, а с тобой рядом Широков, Паршин, те игроки, на которых ты еще совсем недавно смотрел с трибун. Но ребята меня постоянно подбадривали, старались подсказать, помочь. Так что тут невольно успокаиваешься. А потом пару смен сыграл, привык, увидел, что ничего неземного нет. Ну, конечно, я немного сыграл, минут шесть-семь. Помню, даже бросил в этой игре. Очень это запомнилось. Первые игры не забываются.

 

- До отъезда в НХЛ ты ведь очень мало игр сыграл за команду мастеров.
- Да, пять. Но тогда с командой мастеров я тренировался больше половины сезона. Там получалось так, что тренировался я больше с первой командой, а играл за вторую. За фарм я тогда игр тридцать провел.

 

- Кто из ребят, как и ты, прошел всю армейскую школу  вместе с тобой?
- С самого начала, с шести лет, это Ваня Докин и Игорь Бирюков, они сейчас за «Красную Армию» играют. Многих ребят я знаю с одиннадцати-двенадцати лет. Слава Кулемин, с которым в первой команде играем. Он в двенадцать лет перешел в ЦСКА из Электрастали. Мы с ним довольно долго в одном звене играли. Дима Кугрышев, который сейчас играет в Канаде, в Квебеке. Мы с Димой с тринадцати до восемнадцати лет играли в одной тройке в ЦСКА и в сборной. Максим Гончаров – защитник из команды мастеров, он хоть и 89-го года, но мы с ним все равно вместе играли. Я со многими ребятами общаюсь, и не обязательно только потому, что в одной команде играли. Пока учишься в школе, так или иначе со всеми знакомишься. Многих уже знаю по восемь – десять лет. Так что мы все одна большая семья.

 

- Вот ты совсем недавно сам был еще мальчиком, смотрел на мастеров и хотел быть на их месте. А сейчас уже малыши на тебя и твоих товарищей по команде смотрят, и с таким воодушевлением рассказывает, если удалось пообщаться с вами.
- Я их очень понимаю. Вспоминаю себя на их месте, и действительно это было так здорово! Меня тоже все интересовало, приходил на каждую игру, еще и дома смотрел статистику игроков. Я жил хоккеем. И, конечно, когда я с кем-то из мастеров здоровался или меня знакомили, для меня это было что-то, неописуемые эмоции! Потом сразу бежишь ребятам об этом рассказывать. А если тебе еще и клюшку подарят, так это вообще рассказов на месяц!

 

- К тебе ребята часто подходят?
- Да. После тренировок малыши и постарше мальчишки подбегают, просят автографы, сфотографироваться, клюшку подарить. И мне это очень приятно. Сразу вспоминаешь себя в их возрасте. А это было всего каких-то лет пять – шесть назад. Быстро время летит.

 

- В детстве ты следил за своей статистикой?
- Да, но не был так уж на ней «повернут». Но мне всегда нравилось забивать голы, мне было интересно забросить больше всех шайб, занять первое место по очкам. Мне кажется, это вполне естественное стремление в детском возрасте. Я был нападающим с самого начала, и мне всегда нравилось забивать голы. У тебя должна быть страсть и желание стремиться к лучшему. Это вполне естественно.

 

- Сейчас некоторые тренеры говорят, что бывают такие случаи, когда один мальчик, видя, что его кто-то обгоняет по очкам, просто может не дать тому игроку пас. А это ведь негативно на игре сказывается.
- У нас такого никогда не было. Я вот даже сейчас вспоминаю, что по голам, я сезона два-три только первым был. Мне в детстве больше нравилось отдавать передачи. У нас вообще команда очень хорошая была, дружная. У нас никогда не было между собой каких-то ссор. Не так важно было, кто первый, кто второй. Мы стремились, к примеру, своей тройкой набрать больше всего очков. Никогда личных ссор не было. Ну, забьет кто-то больше тебя на три гола, соответственно ты отдашь на три больше. Как-то спокойно к личной статистике относились, просто старались. К тому же ближе уже к годам шестнадцати – семнадцати поняли, что не так уж и важны эти очки в детском хоккее. Сейчас вспоминаешь столько фамилий ребят, которые и забивали больше тебя, и в целом были довольно сильными игроками, на порядок выше тебя. А где они сейчас неизвестно. Всех все равно интересует, как ты подойдешь уже к взрослому хоккею. В детском хоккее самое главное, чтобы тебя научили хорошо кататься и владеть клюшкой и шайбой. У кого-то может просто вначале это не получаться, кому-то просто не везет. Просто позже ребята адаптируются, раскрываются. Так что детский хоккей – не показатель.

 

- Александр Викторович сейчас тренирует малышей, 2003 года рождения, ты к нему на тренировки приходил посмотреть?
- Да, несколько раз был. Мы с ним общались, он мне даже уже показывал, кто из ребят уже делает успехи.

 

- Он к тебе не обращался с просьбой помочь провести тренировку?
- Нет. Да и пока шел сезон - это было бы невозможно. Времени ведь мало. Сейчас вот закончились игры, и если он попросит, я с радостью соглашусь.

 

- Насколько я знаю, ты проводил мастер–класс в школе «Крылья» у ребят 1995 года рождения.
- Да. Мне позвонили и попросили провести тренировку у ребят. На самом деле, когда обращаются с такими просьбами, это всегда очень приятно, и стараешься не отказывать. В Америке такая практика считается в порядке вещей, я там раза три-четыре участвовал в таких мероприятиях. Поэтому в «Крыльях» довольно уверенно себя чувствовал и знал, что нужно делать. Вначале мы потренировались с ребятами, поиграли в хоккей. Было очень весело. А потому в раздевалке мы примерно час общались, ребята задали все интересующие их вопросы. Для меня было неожиданностью только то, что позвонили из «Крыльев».

 

- Какую роль родители играют в твоей спортивной жизни?
- Конечно же, водили на тренировки. Но больше всего мама проводила со мной времени в ЦСКА. На всех домашних играх была. Очень переживала, как будто сама играла в хоккей.

 

- Некоторые ребята запрещают родителям на матчи приходить, а для кого-то, наоборот, очень важно, чтобы мама и папа были на играх.
- Ну, у меня не было такого, если мама не придет - я на лед не выйду. Но, конечно, мне очень приятно, когда мама приходит на матчи. Ее присутствие придает дополнительное силы, желание играть.

 

- Знаю, что в основном насчет учебы мама следила за тобой, чтобы ты уроки не запускал.
- Да. Она меня учиться заставляла. Я школу хорошо закончил в пятнадцать лет, с медалью. И сразу же поступил в институт, РГУФКСиТ, на факультет журналистики. Год отучился на очном, сам сдавал зачеты и сессию. А потом уже просто нереально было успевать, потому что уже тогда тренировался с первой командой, и пришлось перевестись на заочное.

 

- У тебя столько теплых воспоминаний о детстве.
- Конечно, а как иначе? Вот существует такое мнение, что профессиональный спорт с детства рушит психику, у ребят детства нет. А я считаю, что наоборот. У меня только хорошие воспоминания и много положительных эмоций. Столько событий произошло, у меня очень много друзей благодаря спорту. Конечно, самое главное, чтобы занятие спортом не шли в ущерб учебе. А в целом спорт – это очень хорошее занятие.

 

- Никита, в заключение нашей беседы, пожелай, пожалуйста, что-нибудь нашим юным спортсменам.
- Слушайтесь  родителей и тренера. По себе знаю, что самое главное в юном возрасте – это много трудиться. Если у тебя что-то не получается, нельзя сдаваться, а нужно, наоборот, разозлиться и продолжать добиваться своей цели. И когда у тебя все хорошо вроде получается, ни в коем случае нельзя расслабляться. Всегда кому-то дано больше, а кому-то меньше. Талант в детском возрасте многое решает. Кому-то сразу дано хорошо кататься и бросать верхом под перекладину, а кому-то нужно больше времени, чтобы этому научиться. Иногда даже тренер может что-то не замечать, поэтому ты сам должен себе всегда напоминать, что нужно больше работать, стараться, сам отмечать есть ли у тебя прогресс: стал ли ты бросать чуть сильнее и точнее, стал ли бегать быстрее. Нужно постоянно следить за собой и никогда не останавливаться на достигнутом, стараться прогрессировать. И от родителей тоже зависит успех их детей. В таком возрасте очень важно следить за режимом, питанием, подготовкой детей. Если ты неправильно готовишься, можешь хоть обстараться, все равно ничего не получится, потому что просто сил не будет. И еще раз повторюсь, главное – трудиться, трудиться, и еще раз трудиться.

 

Елена Моисеенкова

Хоккей Москвы