12

Защитим национальные интересы

Об МХЛ и о положении дел в российском хоккее в целом мы поговорили с легендарным хоккеистом, в недавнем прошлом - главой Росспорта, а ныне Председателем Комиссии Совета Федерации по физической культуре, спорту и развитию олимпийского движения, председателем совета директоров КХЛ, президентом ПХК ЦСКА, Вячеславом Фетисовым.

Об МХЛ и о положении дел в российском хоккее в целом мы поговорили с легендарным хоккеистом, в недавнем прошлом - главой Росспорта, а ныне Председателем Комиссии Совета Федерации по физической культуре, спорту и развитию олимпийского движения, председателем совета директоров КХЛ, президентом ПХК ЦСКА, Вячеславом Фетисовым.

- Вячеслав Александрович, какие ваши впечатления от старта МХЛ. Можно ли уже сейчас подвести первые итоги?
- Сам факт старта лиги – это серьезнейшее событие в нашем хоккее. До этого у нас не было соревнований для возрастной группы от 17 до 21 года. Мы очень долго шли к этому, преодолевая огромное сопротивление разных сил. Однако в итоге лига стартовала, и это, конечно, очень важный социальный проект. Пацаны из МХЛ сегодня - на экранах телевизоров, интервью с ними печатаются в газетах, они чувствуют, что нужны стране. Российский хоккей наконец-то обратил внимание на подрастающее поколение, и я уверен, что через пять лет мы получим сумасшедшую отдачу. Главное, что молодые ребята играют в командах не по «блату», и не по каким-то там связям агентов. Они доказывают на льду, что они сильнее других. Плюс к этому мы получаем серьезную перспективу в плане тренерских кадров. До этого мы во взрослой лиге много лет варились в собственном соку – наставники меняли команды, как перчатки, а от перестановки мест слагаемых сумма, как известна, не меняется. Сейчас же налицо конкуренция. Я уверен, что в ближайшее время некоторых тренеров, которые работают в Молодежной лиге, мы увидим и в КХЛ.

- Каков уровень игр МХЛ?
- Я видел несколько матчей, и лично мне они понравились. У ребят огромное желание играть, у них горят глаза, а это самое важное. Мастерство придет.

- Вы сказали, что МХЛ – социальный проект. Возможно ли в обозримом будущем начать на нем зарабатывать, как происходит с молодежными лигами в Северной Америке?
- У нас и на КХЛ не умеют сегодня зарабатывать, хотя хоккей – вполне продаваемый продукт, даже в условиях кризиса. Но у людей нет опыта. У нас ведь никто никогда не пробовал по-настоящему продвигать хоккей. В советское время это не нужно было делать – все оплачивалось из казны. В последствии «напрягали» спонсоров. Зачем думать о том, как заработать, когда можно успешно освоить деньги тех людей, которые никогда не думают о том, как они используются?

- Сейчас что-то меняется?
- К сожалению, быстро это произойти не может. Но мы регулярно обсуждаем данную тему на уровне руководства КХЛ, ищем партнеров, которые могут грамотно управлять бизнесом. МХЛ имеет перспективу в плане маркетинга, только надо, чтобы этим занимались профессионалы. ФХР долгое время тормозила их приход в руководящие структуры. Если бы в федерации хоккея не думали только о себе, мы запустили бы наши лиги еще в 2004 году.
И денег-то тогда нужно было не так много. Таким образом, у нас на сегодняшний день могли бы быть построены современные дворцы спорта, и Овечкин с Малкиным, скорее всего, остались бы играть здесь.

- А кто именно препятствовал созданию лиг?
- Посредники, агенты игроков. Треть денег, крутящихся в хоккее, оседало в карманах этих людей. О том, как сопротивлялась федерация созданию и КХЛ, и МХЛ можно написать целую книгу. До последнего бились, чтобы этого не произошло. То, что Стеблина несколько раз переизбирали руководителем федерации – огромная ошибка, затормозившая развитие нашего хоккея на много лет.

- Вы долгое время были руководителем российского спорта. Неужели не могли повлиять на решение этих вопросов?
- К сожалению, задолго до меня сложилась такая система управления спортом, при которой очень сложно, что называется, «разрубить узлы». У нас, например, Олимпийский комитет, Федерация хоккея - это общественные организации, которые министерству не подчиняются. С одной стороны, они получают поддержку от государства, с другой – постоянно заявляют о своей независимости. Нужно провести большую законотворческую работу, чтобы все эти отношения привести в норму.

- Ваша сегодняшняя должность – Председатель Комиссии Совета Федерации по физической культуре - это понижение или повышение по сравнению с главой спортивного ведомства?
- Статус члена Совета Федерации, руководителя комиссии – очень высокий. В иерархии член Совета Федерации стоит выше руководителя Росспорта. Но в целом говорить о понижении или повышении некорректно – фронт работ совершенно разный. Когда ты находишься в исполнительной власти – это одни возможности, когда в законодательной – совершенно другие. Сейчас, конечно, открылись перспективы, которых до этого не было. Мы проводим мероприятия, которые позволяют контролировать то, что происходит в отрасли: заслушиваем то же Минспорта, инициируем законопроекты, необходимые для развития спорта. В то же время, российский спорт – крайне сложный и запутанный механизм, в котором переплетены интересы государства, региональных властей, общественных организаций, международных структур, профессиональных клубов, спортсменов, агентов. Быстро добиться прогресса очень трудно. У каждого свои интересы, и свои лоббистские возможности. По-своему идеальная ситуация в этом плане в Китае, где все имеет единую точку управления. У них, например, министр спорта является президентом олимпийского комитета, поэтому у них и прогресс сумасшедший. Есть другой вариант – американский, где не важно, кто руководит, так как главным и определяющим является спортивный принцип. Нет никаких манипуляций, никто не сидит в федерации и не решает, какого спортсмена отправить на чемпионат мира или Олимпиаду. Есть простой отбор: в определенное время, накануне крупного турнира, соревнуются все, кто теоретически может на него попасть. Показываешь лучший результат – ты в команде, нет – остаешься дома. Но в Америке эта система выстраивалась десятилетиями. У нас, к сожалению, нет такого опыта, мы уже очень отстали.

- Вернемся к МХЛ. Создание лиги дает возможность заокеанским агентам отслеживать всю российскую молодежь, и лучших из лучших забирать к себе. Как избежать массового оттока хоккеистов в Америку?
- Мы сейчас разрабатываем целую программу по защите интересов наших клубов. Почему такая жесткая конкуренция в профессиональных лигах Америки? Потому что нет денежных взаимоотношений. Нельзя переманить игрока за деньги - его можно только выменять. У нас же 70-80 процентов игроков постоянно мигрировали. Это полное безобразие. На трансферах наживаются посредники, получая огромные деньги. Богатые тупо «мочат» бедных. С этим вполне можно бороться, если бы не некая правовая коллизия: в свое время кое-кто из депутатов сумел пролоббировать поправку к закону о спорте, благодаря которой отношения профессиональных хоккеистов с клубом, регламентируются трудовым кодексом. То есть игрок в любой момент пишет заявление об увольнении (а может просто отправить его по факсу), и, несмотря на действующий многомиллионный контракт, через две недели он свободен, и может подписывать новое соглашение с кем угодно. Понятно, зачем это было сделано – чтобы наживаться на переманивании игроков. На днях пройдет совещание руководства КХЛ, которое инициировала наша комиссия в Совете Федерации. Там будет предложен текст новой поправки к закону, которая поставит барьер подобным явлениям. Надеюсь, мы сможем защитить наши национальные интересы.

- Насколько реальна возможность принять эту поправку быстро?
- Мы будем работать. К сожалению, в нашем Парламенте не так просто проходят законы. У тех же агентов есть серьезные лоббисткие возможности. Но если мы будем говорить об этом публично, привлечем к обсуждению заинтересованную общественность, думаю, все вместе мы их «продавим».

Женя Левкович

официальный сайт МХЛ