783

Всеволод Скотников: Первый матч в МХЛ не удался, потом было уже поспокойнее

17-летний голкипер «Красной Армии» в первых матчах своего второго сезона в МХЛ показал феноменальную статистику – 98% отраженных бросков, коэффициент надежности 0.48, один матч на «ноль». В интервью пресс-службе клуба Всеволод рассказал о своих первых шагах в хоккее, переезде из Казани в Москву, дебюте за «Красную Армию» и целях на сезон.

– Всеволод, первые матчи в сезоне вам удались настолько, что вас признали лучшим вратарем прошлой недели в МХЛ. Расскажите о них.

– Матч против СКА-Варягов стал для меня первым «сухим» матчем в МХЛ. Партнеры сказали, что по такому случаю нужно проставиться, но у меня скоро день рождения, поэтому проставлюсь в раздевалке сразу за все. В МХЛ бросков по воротам получается больше, чем в СДЮШОР - около 30 за матч. На самом деле, мне так даже комфортнее – я быстрее вхожу в игру, ловлю кураж. Впечатления от этого небольшого достижения испортились после нашего поражения от «Куньлунь Ред Стар Хэйлунцзян». Мы недооценили соперника, вышли без нужного настроя и нас за это наказали.

– Как вы начали заниматься хоккеем?

– Получилось довольно спонтанно. Отец вообще хотел, чтобы я занимался футболом, но я был немного крупноват для этого вида спорта. А у соседей с первого этажа хоккеем занимался сын, он старше меня на два года, сейчас играет в Словакии. Решили попробовать. Пошли сначала в команду попроще – «Ак Буре», в переводе с татарского – «Белый Волк». Тренер посмотрел на меня, сказал: «Крупный парень, пойдет, берем». Так и начал.

– А отец у вас тоже спортсмен?

– Он занимался дзюдо, но до серьезного уровня не поднялся. А так, он спортивный – играет и в футбол, и в хоккей на любительском уровне. 

– Вас сразу поставили в ворота, или вы сначала играли в поле?

– Нет, я сначала год отыграл защитником, и только потом перешел на вратарскую позицию.

– А что побудило вас стать вратарем?

– Тогда как раз шел первый финал Кубка Гагарина, и «Ак Барс» играл с «Локомотивом». Я смотрел на вратарей, на их форму, раскрашенные шлемы, и захотел тоже стать вратарем.

– Как к вашему выбору отнеслись родители?

– Нормально. Когда я стал вратарем, меня стали ставить тренироваться с 1997 годом рождения. Отец сказал: «Ну все, работай». Возил меня на тренировки к шести утра. Два года я играл за «Ак Буре», а потом перешел в «Ак Барс».

– В каком возрасте вы смогли полностью облачаться во вратарскую экипировку без посторонней помощи?

– Сейчас вспомню... (задумывается) Наверное, в 11 лет.

– Насколько быстро вы можете одеться на матч или тренировку сейчас?

– Думаю, за 7-8 минут.

– В школе «Ак Барса» вы занимались до 2016 года, а потом перешли в ЦСКА. Почему решили сменить школу?

– Я знал, что в ЦСКА следили за мной. И еще одна причина – я хотел играть в Первенстве Москвы, потому что оно сильнее, чем Первенство Поволжья, в котором играет «Ак Барс». Перед переходом я провел за «Ак Барс» 21 матч, и все из них завершил «на ноль». Такой вот там уровень команд. После одной из игр я сказал отцу, что хочу перейти в ЦСКА. Связались с клубом, со скаутской службой, через них вышли на Александра Георгиевича Левицкого, тренера 2001 года. Он сказал: «Сразу берем, без просмотра». Потому что знал меня, ему нравилось, как я играю. 

– Родители поехали в Москву с вами или остались в Казани?

– Нет, они остались там, а я жил в интернате ЦСКА.

– Тяжело было одному в другом городе?

– Поначалу было трудно. Я хочу выразить огромную благодарность Александру Георгиевичу, он сразу взял меня под опеку. За эти три года он стал мне вторым отцом.

– А ребята в команде как приняли?

– Очень хорошо, со всеми сразу начал нормально общаться. У нас в школе была очень дружная команда, мы стали друг другу братьями.

– С ЦСКА вы три раза стали чемпионом Москвы и трижды побеждали на Первенстве России. Прошлый сезон вообще получился очень насыщенным – первое место в Первенстве Москвы с 2001 годом и «юниоркой», золото Первенства России с 2001 годом, серебро на Первенстве ЮХЛ, дебют за «Красную Армию». Насколько он повлиял на вас, как на игрока?

– В первую очередь, я вырос в плане техники. Тренеры подсказывали мне, где и что надо поменять, и я делал это. Соответственно, и в игре стало больше получаться.

– А как оцените свое выступление за «Красную Армию» в прошлом сезоне?

– На самом деле, я считаю, что те игры мне не удались. У меня в тот момент был небольшой спад. Плюс, волнение сказалось.

– Помните тот день, когда вас вызвали в команду МХЛ?

– Перед сезоном я подписал с «Красной Армией» контракт юниора. Тогда мне сказали, что я сыграю, может быть, в паре матчей. В середине сезона мне позвонили сразу после одной из игр Первенства Москвы и сказали, что «Красной Армии» нужен вратарь на встречу против «Крыльев Советов», и что мне нужно приехать.

– И какие мысли были в тот момент?

– Да самые обычные... Как там, чего там, а вдруг придется выходить играть? В итоге провел три минуты в концовке.

– Волнение было, когда первый раз вышли на лед?

– В том матче вообще никакого волнения не было. Вот когда меня поставили стартовым вратарем во Владивостоке против «Тайфуна», я переволновался. Вдобавок акклиматизация сказалась. Пропустил четыре шайбы, и меня заменили. Потом уже было поспокойнее. 

– Насколько сильно ощущалась разница между детским хоккеем и молодежным?

– Для меня она была минимальная. В выпускной год все уже играли в хоккей, похожий на тот, в который играют в МХЛ.

– В межсезонье в «Красной Армии» сменился тренерский штаб, в том числе поменялся и тренер вратарей. Как изменилась ваша подготовка?

– С Евгением Константиновым я пересекался еще в Казани. Он тогда был вратарем в «Ак Барсе», а я тренировался с ними. Он мне еще тогда много подсказывал, подсказывает и сейчас.

– Какие цели вы ставите перед собой в этом сезоне?

– Командная цель – достичь как можно больше в сезоне. Лично для себя ставлю цель как можно больше играть и попасть в сборную U18 на молодежный чемпионат мира.